я представлял, как ломаю твою шею в трех местах и превращаю ее железной ступой в состояние, похожее на свежее картофельное пюре. как твоя кровь хлещет фонтанной струей прямо на деревянный паркет и растекается потоком реки, стремящейся к обрыву. я представлял, как вдребезги разлетаются твои оголтелые ребра, поседевшие от пепла, застрявшего в легких. как они рванут вниз, словно конфетки, которые неуклюже рассыпал непослушный мальчик. как твои губы я бью кулаком изо всей силы, а после слышу треск сломанных зубов и раскрывшейся от боли челюсти.
мне просто нельзя чувствовать, что ты рядом.
я – непослушный мальчик. я – отсутствие Бога и веры. я – религия, в самом худшем ее определении. я – власть и самообладание. я – бесконечная самоуверенность и грязь.
мне просто нельзя.
я добираюсь до твоих ключиц, и в руках у меня возникает стальная кувалда. один удар – и сахаром в чай, солью в суп, кашей в воду. изгибы около плеч становятся историей красных крупиц и остатками клеток, умирающих отдельно друг от друга. я представляю твои вены и тут же взмах заостренного ножа, который перерезает эти проводки жизни, как шелковые нити нового свитера из дешевого магазина. литры красной жизненной субстанции заполняют комнату, и я тону в ней, как тот же непослушный мальчик, который назло маме зашел в воду слишком далеко. за рамки и границы приемлемого.
мне просто нельзя чувствовать, что ты рядом.
я – ненужная честность и бесполезная верность. я – отступник и фанатик. я – угасающая с каждым днем страсть. я – полное неприятие действительности. я – отсутствие рядом тебя.
мне просто нельзя.
я представляю твои длинные красивые ноги и в сознании возникают мосты, по которым ты уходила в кромешную темноту. бензопилой я размалываю их, как бревна, снимаю кожу, как стружку, и дроблю кости с невероятной радостью. словно животное, которое наконец-то настигло свою жертву и все никак не может насладиться минутой совершенства мучений. взгляд резко бросает меня вверх, и я хватаю твои волосы с силой, присущей голливудскому супермену. рву их, как траву возле родительского дома, до самых корней. рву, как твои письма.
мне просто нельзя чувствовать, что ты рядом.
я – злость и гнев. я – антоним чуткости и заботы. я – отречение и невозвращенец. я – никогда теперь, с тобой – никогда. я – неповторимость случая. я – калечащая боль.
мне просто нельзя.
твое истощенное тело лежит под моими ступнями, и я понимаю, что бойцовский клуб существует только лишь между нами двумя. наш личный способ показать, что время ничтожно. наш личный способ доказать себе, что мы сильнее, чем кажемся на первый взгляд. наш личный тайный союз.
нет.
союза нет.
я ошибаюсь.
рядом возникает канистра бензина, и ты начинаешь покрываться этим веществом с легкого движения моих омертвевших рук. искра – это то, что когда-то стало началом нас; то, что держало две энергии рядом; то, что ставило расстояние моей души до твоей размером в спичечный коробок, размером в муравьиный шаг. огонь бывает дружелюбным, если ты знаешь, как с ним обращаться
но я до сих пор тот непослушный мальчик, который пренебрегает советами мамы
я играю со спичками
и ты горишь.